В Дубае под занавес года провели громко разрекламированную теннисную «Битву полов», которая должна была напомнить легендарный матч Бобби Риггса и Билли Джин Кинг образца 1973 года. На практике же событие обернулось вовсе не революцией, а легким шоу — и вызвало шквал критики по всему миру.
На корт вышли первая ракетка мира среди женщин Арина Соболенко и финалист Уимблдона Ник Кирьос, который не выступал на официальных турнирах с весны 2025 года. Формат изначально заявлялся как развлекательный: организаторы открыто делали ставку на шоу, а не на спортивную драму. В итоге реальной спортивной интриги и не получилось — австралиец выиграл в двух сетах с одинаковым счетом 6:3, 6:3, а многие эксперты остались в недоумении, зачем вообще все это было нужно.
С первых минут было видно, что атмосфера далека от привычных теннисных баталий. Соболенко эффектно появилась на корте в блестящем плаще под культовую композицию Eye of the Tiger и между розыгрышами активно подыгрывала шоу-формату, танцевала и взаимодействовала с трибунами. Кирьос традиционно работал на публику: лениво передвигался по корту, выполнял трюковые подачи и намеренно облегчал розыгрыши, давая Соболенко больше возможностей для атак.
Отдельный интерес вызвали нестандартные правила, максимально далекие от классического тенниса. Половина корта, за которую отвечала белоруска, была уменьшена примерно на 9 процентов. У игроков не было права на вторую подачу — только одна попытка, что радикально меняет динамику геймов. Матч ограничивался двумя сетами, а в случае равенства должен был решаться тай-брейком до 10 очков. Все это создавало ощущение не соревнования равных, а экспериментальной выставки с заранее понятными ограничениями.
Несмотря на все облегчающие условия, Кирьос без видимых усилий довел дело до победы. Реального напряжения и борьбы за каждый мяч зрители так и не увидели. Именно сочетание «игры понарошку», странных правил и огромного медийного шума вокруг события стало причиной того, что «Битву полов» жестко раскритиковали как теннисные специалисты, так и действующие игроки.
Одним из первых высказался 12-я ракетка мира, норвежец Каспер Рууд. По его мнению, если уж организаторы хотят преподнести противостояние мужчин и женщин как серьезное событие, необходимо выстраивать максимально честные и понятные условия. Он подчеркнул, что при различном размере корта и отсутствии второй подачи говорить о реальном матче не приходится — это лишь имитация поединка, пусть и ярко упакованная.
Похожую позицию озвучил бывший четвертый номер мирового рейтинга Грег Руседски. Его изначально заинтриговала сама идея «Битвы полов», но по итогам он признал, что увидел всего лишь бессодержательный выставочный матч. Руседски раскритиковал обилие трюков в исполнении Кирьоса — подачу из-под руки, частые укороченные, показные розыгрыши. На его взгляд, подобная стилистика не прибавляет теннису престижа и, более того, может навредить восприятию вида спорта теми, кто видит его не так часто.
Еще более жестко высказался Роджер Рашид, известный теннисный тренер и бывший наставник болгарина Григора Димитрова. Он заявил, что ему «честно говоря, это не нравится», и предположил, что вся инициатива исходила, прежде всего, от менеджеров Кирьоса, ориентированных на хайп и коммерцию. Рашид напомнил, что исторический матч Билли Джин Кинг и Бобби Риггса имел мощный социальный подтекст и был одной из вех в борьбе за равенство в спорте, тогда как дубайская версия, по его мнению, не несет в себе никакой сопоставимой идеи.
Особенно остро Рашид оценил влияние такого формата на женский теннис. Он назвал происходящее «проигрышем» для женщин и даже «оскорбительным» по отношению к первой ракетке мира. Тренер задался вопросом: какие реальные выгоды получает Соболенко, соглашаясь на подобные мероприятия, если речь идет о ее имидже и спортивном наследии. С его точки зрения, участие звезды такого калибра в сомнительном по смыслу шоу лишь подрывает статус женского тура.
Не все реакции, однако, были однозначно негативными. Немка Ева Лис, занимающая 40-ю строчку мирового рейтинга, призналась, что испытывает смешанные чувства. С одной стороны, она понимает скепсис коллег, с другой — видит и позитив. По мнению Лис, для женского тенниса крайне важно иметь такую фигуру, как Арина Соболенко, которая готова рисковать репутацией, пробовать новые форматы и расширять привычные рамки вида спорта.
Ева Лис отметила и очевидную маркетинговую составляющую. По ее словам, матч стал мощным пиар-ходом, призванным привлечь к теннису дополнительное внимание. С точки зрения зрелищности логично было выбрать в соперники Соболенко именно Ника Кирьоса — харизматичного, провокационного, склонного к шоу-элементам. Немка считает, что их связка работает идеально, если цель — не чистый спорт, а развлечение и вирусный эффект.
При этом Лис призвала относиться к подобным мероприятиям с долей иронии и не воспринимать их как угрозу «священным» традициям спорта. Она заметила, что в других дисциплинах давно и успешно проводятся различные показательные матчи, конкурсы и смешанные форматы, и это не воспринимается как покушение на основу соревнований. Теннис, по ее словам, пока остается слишком серьезным и консервативным, а подобные ивенты могут немного «расшевелить» аудиторию.
Критики из профессионального круга не оставили событие без внимания, но и сами участники не промолчали. Арина Соболенко эмоционально отреагировала на волну негатива. Она подчеркнула, что искренне не понимает, как можно рассматривать этот матч в негативном ключе. По ее оценке, она продемонстрировала высокий уровень игры, а поединок получился зрелищным и не превратился в форменное избиение — счет 6:3, 6:3, по мнению белоруски, говорит хотя бы о наличии борьбы.
Соболенко сделала акцент на том, что главной задачей «Битвы полов» было не доказать чье-то превосходство, а привлечь внимание к теннису в целом. Она рассказала, что на матч откликнулись многие легенды спорта и известные люди из других сфер: писали сообщения, желали удачи, обещали смотреть трансляцию. По ее словам, аудитория события оказалась сопоставима с интересом к решающим матчам крупнейших турниров.
Белоруска отдельно отметила уровень организации: по ее мнению, турнир был проведен практически на уровне соревнований «Большого шлема» — с точки зрения инфраструктуры, оформления и внимания СМИ. Она уверена, что подобные мероприятия помогают показать теннис под другим углом — как не только строгую спортивную дисциплину, но и динамичное, веселое шоу, способное привлечь новую, более широкую аудиторию.
Ник Кирьос, верный своему стилю, также не стал сдерживаться. Он заявил, что видит в Арине будущую легенду, одну из величайших теннисисток в истории, а себя — как человека, который всегда умел развлекать публику по всему миру. По словам австралийца, их с Соболенко объединяет любовь к вызовам и готовность идти туда, где пока нет четких правил и сценариев.
Кирьос призвал критиков «расслабиться и получать удовольствие», а не искать поводы для язвительных комментариев. Он подчеркнул, что и он, и Арина вышли на корт не ради того, чтобы участвовать в серьезном рейтинговом матче, а чтобы подарить болельщикам эмоции и разнообразить привычный календарь. В его формулировке прозвучала и усталость от вечных оценок со стороны: по мнению Ника, никому из них, кто играет и вкладывается в шоу, по-настоящему нет дела до замечаний посторонних наблюдателей.
Если смотреть шире, «Битва полов» в Дубае вскрыла старую и болезненную тему — сравнение мужского и женского тенниса и попытки «измерить» их напрямую. Часть публики традиционно использует подобные выставочные матчи, чтобы подтвердить собственные стереотипы: мол, даже лучшая теннисистка мира не способна на равных бороться с мужчиной, пусть даже давно не выступавшим на высшем уровне. Однако специалисты напоминают, что подобные сопоставления некорректны уже по определению.
Во-первых, теннис у мужчин и женщин строится на разных скоростях, мощностях и тактических акцентах — это два самостоятельных, полноценных турa со своей спецификой и своей историей. Во-вторых, выставочный формат, измененные правила и демонстративный настрой игроков полностью выхолащивают идею реального сравнения. Критикуя Соболенко за поражение, многие игнорируют, что ни она, ни Кирьос изначально не рассматривали этот матч как проверку «кто сильнее».
Во-вторых, для женского тенниса сегодня особенно важен вопрос медийности. Конкуренция за внимание зрителя между видами спорта усиливается год от года. Большие турниры по-прежнему собирают внушительные аудитории, но растет запрос на нестандартные форматы, концерты, смеси шоу и спорта. С этой точки зрения «Битва полов» — лишь один из шагов в сторону более развлекательной упаковки привычной дисциплины.
Еще один аспект — личный бренд спортсменок. Соболенко за последние сезоны стала не только первой ракеткой мира, но и одной из самых заметных фигур в мировом спорте. Для нее участие в резонансном ивенте — это способ расширить свою аудиторию, выйти за рамки «чистой» спортивной повестки. Да, подобные шаги всегда связаны с рисками репутации, но одновременно они закрепляют за спортсменкой статус медийной звезды, а не только чемпионки.
При этом критика формата «мужчина против женщины» все равно остается актуальной. Многие эксперты считают, что современному теннису логичнее развивать смешанные соревнования в формате микста, командные турниры с одинаковым весом мужской и женской части, а не возвращаться к идее прямого противостояния полов. Такой подход менее конфликтный и лучше отражает реальность: успех в спорте сегодня строится не на противопоставлении, а на синергии и взаимном росте.
Вполне возможно, что опыт дубайской «Битвы полов» станет для организаторов уроком. Уже сейчас обсуждается, что в будущем подобные мероприятия либо будут позиционироваться еще честнее как чистое шоу без претензий на сравнение уровней, либо претерпят изменения в формате — например, добавление парных сетов, элементов командной борьбы или более продуманных правил, уравнивающих шансы без абсурдных ограничений вроде уменьшения половины корта только одной из сторон.
Как бы ни оценивать конкретный матч Соболенко и Кирьоса, одно очевидно: он вызвал оживленную дискуссию о том, в какую сторону должен развиваться современный теннис. Консервативная часть сообщества настаивает на сохранении жестких рамок и серьезности, другая — видит будущее за гибридом спорта и шоу. Арина и Ник уже сделали свой выбор, встав на сторону экспериментов. Останется ли за ними в этом вопросе остальной теннисный мир — покажет время.