Юрист назвал три страны Европы, которые готовы слышать Россию: «Остальные — откровенно против»
Спортивный юрист Антон Смирнов, рассуждая о перспективах возвращения российских клубов и сборной в международный футбол, заявил, что почти вся Европа остается настроена против сотрудничества с Россией. По его словам, лишь три государства в ЕС и на европейском пространстве в целом демонстрируют готовность воспринимать российскую точку зрения — это Венгрия, Словакия и Сербия.
По оценке Смирнова, общий фон в европейском футболе сейчас определяется не спортивными, а политическими факторами. Он утверждает, что в большинстве стран Евросоюза к России относятся резко негативно, и это напрямую влияет на решения футбольных структур. «Нас в Европе в нынешней ситуации не готовы воспринимать с нашей позицией, исключение — Венгрия, Словакия и Сербия. Все остальные государства настроены недружелюбно», — подчеркивает юрист.
С его точки зрения, тот же подход автоматически распространяется и на футбол: пока сохраняется текущая политическая конфронтация, российские команды в турниры под эгидой УЕФА допускать не будут. Он увязывает возможное возвращение напрямую с урегулированием политической обстановки: прекращением специальной военной операции, сворачиванием поддержки Украины со стороны Запада и остановкой давления на Россию в различных сферах — от экономики до культуры и спорта.
Смирнов убежден, что даже при формальном ослаблении санкций УЕФА и ФИФА столкнутся с практической невозможностью организовать турниры с участием российских команд. По его словам, многие национальные федерации и сборные просто откажутся выходить на поле против России. «Вопрос не в том, что мы не захотим играть, — с нами не будут играть. Это принципиальный момент, и его нельзя игнорировать при любом обсуждении нашего возвращения», — отмечает юрист.
Он также обращает внимание, что ситуация в футболе отличается от других видов спорта, где россияне уже получили частичный или условный допуск. В индивидуальных дисциплинах, по словам Смирнова, действуют иные механизмы и логика: речь идет о спортсменах, выступающих под нейтральным флагом, об ограниченных квотах и гибких форматах участия. Футбол же, по его определению, всегда находился «особняком» — как по уровню внимания, так и по степени политизации и влияния болельщицких настроений.
Одним из ключевых аргументов при отстранении российских клубов и сборной, по словам юриста, стали именно вопросы безопасности. Он напоминает, что решения ФИФА и УЕФА официально объяснялись рисками инцидентов во время матчей и вокруг них. Однако сам Смирнов считает, что эти структуры во многом «слепо последовали за позицией ряда государств», где антироссийские настроения особенно сильны.
Он подчеркивает: за прошедшее время в Европе принципиально ничего не изменилось — ни политически, ни в плане общественных настроений вокруг России. Следовательно, и основания для пересмотра решений о допуске российских команд в европейские турниры, по его мнению, не появились. Отсюда юрист делает вывод: рассчитывать на автоматическое возвращение в систему УЕФА в обозримой перспективе не стоит.
На этом фоне Смирнов видит единственный, как он утверждает, реалистичный сценарий участия России в соревнованиях под эгидой ФИФА — смену конфедерации. Речь идет о переходе из УЕФА в Азиатскую футбольную конфедерацию. В азиатском футболе, полагает он, количество стран, настроенных резко против России, минимально, а значит, сопротивление нашему допуску будет значительно слабее, чем в Европе.
Юрист утверждает, что при таком шаге мировому футбольному руководству будет намного проще принять положительное решение по участию России в официальных турнирах. По его мнению, ФИФА окажется в ситуации, когда отсутствие жесткого политического давления извне и относительный нейтралитет большинства азиатских стран позволят найти компромиссную формулу, при которой Россия сможет играть в квалификациях и финальных стадиях соревнований.
Отдельно Смирнов затрагивает тему влияния США на футбол за пределами Европы. По его оценке, в случае возвращения к власти Дональда Трампа уровень давления Вашингтона на азиатские страны в вопросе матчей с Россией будет невысоким. Он упоминает Японию, Южную Корею и Австралию как потенциально чувствительных к позиции США, но при этом выражает уверенность, что даже эти государства в условиях изменившегося политического фона не станут активно блокировать участие России в турнирах АФК.
В Европе же, по словам юриста, роль США как внешнего фактора менее критична, потому что внутри самого европейского пространства существует устойчивая, самостоятельная антироссийская позиция. Смирнов приводит пример стран Прибалтики, а также Польши, Чехии, Швеции и ряда других государств, подчеркивая, что их убежденность в необходимости изоляции России настолько высока, что «ничем их не переубедить».
Таким образом, он фактически фиксирует: в нынешних реалиях рассчитывать на мягкую или быструю смену настроений в европейском футболе не приходится. Спортивное измерение, по его оценке, полностью подчинено более широкому политическому конфликту, и даже профессиональные доводы — интересы турниров, зрелищность, коммерческая выгода — отходят на второй план.
При этом обсуждение возможного перехода России в АФК, по мнению эксперта, выходит за рамки простого технического решения. Такой шаг означал бы глубокую перезагрузку всей футбольной системы — от календаря и логистики до маркетинга и работы с болельщиками. Российским клубам в этом случае пришлось бы осваивать новые направления перелетов, привыкать к иному уровню конкуренции и стилистике игры, а сборной — готовиться к другим соперникам в отборочных циклах.
Смирнов отмечает, что смена конфедерации неизбежно затронет интересы телевидения, спонсоров и национальных федераций соперников. В Азии появление России могло бы резко изменить баланс сил и медиаинтерес, усилить конкуренцию и повысить стоимость прав на трансляции. Для самой России это стало бы, по его мнению, одновременно и вызовом, и шансом — возможностью сохранить присутствие в мировом футболе, пусть и в ином географическом и политическом контуре.
Он также указывает, что в случае ухода из УЕФА российский футбол потеряет привычный исторический контекст противостояний с европейскими грандами, но взамен получит новые сюжетные линии: матчи с сильнейшими сборными и клубами Азии, борьбу за выход на чемпионат мира через другой отборочный путь, формирование принципиально иных дерби и футбольных историй.
При этом юрист не исключает, что решение о смене конфедерации может вызвать споры и внутри страны. Часть футбольного сообщества может настаивать на необходимости ждать изменения политической ситуации и добиваться восстановления в Европе, другая — рассматривать АФК как единственный практический способ вернуться в официальные турниры в обозримом будущем.
Смирнов подчеркивает: чем дольше сохранится нынешняя конфронтация, тем более отдаленными становятся перспективы диалога с УЕФА. По его мнению, стратегический выбор — оставаться в подвешенном состоянии, надеясь на поворот в европейской политике, или активно искать альтернативу в Азии — уже назрел. И в основе этого выбора, уверен юрист, должны быть не эмоции, а трезвая оценка того, где у России действительно остаются партнеры и страны, готовые хотя бы выслушать ее позицию.
На сегодняшний день, по его формулировке, такой готовностью в Европе обладают лишь Венгрия, Словакия и Сербия, тогда как «остальной континент воспринимает Россию преимущественно через призму негативной политической повестки». Именно это, по мнению Смирнова, и определяет реальную конфигурацию будущего российского футбола на международной арене.