Скандальная фигуристка Елена Костылева уже через две недели после громкого разрыва вновь оказалась в группе Евгения Плющенко. История ее переходов между школами становится все более запутанной и драматичной, а если не будет решена главная проблема — деструктивное вмешательство ее матери, финал этой истории, похоже, действительно окажется печальным.
Еще в конце декабря Костылева покинула академию Плющенко. Причиной разрыва стал конфликт между тренерским штабом и мамой фигуристки, которая, по рассказам очевидцев, постоянно вмешивалась в тренировочный процесс, нарушала дисциплину и не считалась ни с правилами школы, ни с границами личного общения. После ухода из «Ангелов Плющенко» Елена перешла в группу Софьи Федченко, где, казалось, должна была начать новую страницу в карьере.
Параллельно с этими событиями Костылева участвовала в показах новогоднего шоу «Спящая красавица», где исполняла главную роль. После премьеры продюсер шоу Яна Рудковская эмоционально заявила, что в клубе по-прежнему относятся к Елене с большой симпатией и всегда готовы ее принять обратно. Она тогда уверенно говорила, что фигуристка «обязательно вернется», напоминая, что именно в этой академии спортсменка добилась своих главных успехов. Тогда эти слова звучали скорее как общая поддержка, чем как конкретный прогноз, но реальность оказалась куда стремительнее.
Всего через три дня, 8 января, Евгений Плющенко публично объявил в своих социальных сетях, что Елена снова тренируется в его школе. Он подчеркнул, что решение было принято исключительно в интересах самой спортсменки. По словам двукратного олимпийского чемпиона, ради Лены они «стерли ластиком из жизни весь негатив» и решили начать совместную работу с чистого листа, несмотря на прежние принципы и обиды.
Плющенко напомнил, что за полтора месяца до этого Костылева почти не появлялась на льду академии из‑за болезни, поездки в Воронеж и последующей операции. Сейчас, по его словам, группе предстоит выполнить большой объем работы, чтобы вернуть спортсменку на прежний уровень и попытаться удержать ее в элите. Он осторожно выразил надежду, что у них «все получится», но даже в этих мягких формулировках ощущалась осведомленность о масштабах проблем, окружающих Елену.
Не менее показательно прозвучало и официальное заявление школы «Триумф», где Костылева пробыла всего две недели. Там прямо заявили, что прекращают с ней сотрудничество. В академии подчеркнули, что Елена — одаренная спортсменка, но их пути в спорте «разные». В качестве причины был обозначен не только конфликт мировоззрений, но и конкретные нарушения дисциплины.
Тренеры «Триумфа» перечислили целый список претензий: регулярные пропуски тренировок, невыполнение требований по контролю веса, игнорирование заданий, в том числе по количеству полноценных прокатов программ. Отдельным пунктом выделили вмешательство матери фигуристки, Ирины Костылевой, в тренировочный процесс, несоблюдение внутренних правил и создание нервозной атмосферы в школе. Несмотря на жесткость формулировок, в финале заявления тренеры поблагодарили академию Плющенко за то, что та вновь приняла девушку.
В комментариях к этому заявлению появились дополнительные истории, иллюстрирующие, насколько тяжело работать со спортсменкой и ее семьей. Описывались эпизоды, когда мать Елены, по словам очевидцев, позволяла себе грубое поведение, оспаривала решения тренеров, предъявляла им необоснованные претензии и фактически ставила под сомнение их профессиональную компетентность. Для любой спортивной школы подобная ситуация — мина замедленного действия.
Сама Елена попыталась сгладить углы и поблагодарила Софью Федченко и ее семью за поддержку в период, когда она жила и тренировалась у них. Она отметила, что наставница и ее мама заботились о ней, помогали ей в быту, кормили и ухаживали. Однако ключевой мотив ее возвращения к Плющенко она сформулировала очень эмоционально: назвала Евгения Викторовича «любимым человеком» и «тренером на всю жизнь».
Костылева отдельно подчеркнула, что именно Плющенко поставил ей технику прыжков, к которой она привыкла и которую не хочет переделывать. Для фигурного катания вопрос техники — принципиальный: серьезная переработка прыжков может занять месяцы и даже годы. Так что в словах Елены есть и рациональное объяснение — ей комфортнее оставаться в уже знакомой системе подготовки, даже несмотря на все конфликты и громкие скандалы.
Однако за романтичной формулой «мой тренер на всю жизнь» скрывается куда более жесткая реальность. Сейчас уже мало кто сомневается: главная проблема в истории Костылевой — не в ее спортивных способностях, а в том, что рядом с ней находится мама, которая из раза в раз разрушает отношения дочери с тренерами. Рассказы о хамском поведении, отсутствии понимания границ и постоянном давлении на специалистов множатся, а каждый новый скандал усиливает токсичную репутацию семьи.
Важно понимать: фигурное катание — вид спорта, в котором доверие между спортсменом и тренером критически важно. Родители, особенно когда речь идет о несовершеннолетних или очень юных спортсменах, естественно, вовлечены в процесс. Но есть принципиальная грань между заботой о ребенке и попытками управлять тренировочным процессом, диктовать методику подготовки, подменяя собой профессиональных наставников. В случае с Ириной Костылевой, по отзывам разных сторон, эта грань давно и грубо нарушена.
Каждый новый скандал вокруг семьи делает Елену все менее привлекательной для потенциальных тренеров. В элитном спорте специалистов высокого уровня много, и далеко не каждый из них готов тратить нервы на конфликты с родителями, какими бы талантливыми ни были их дети. Тренер — не кризисный менеджер и не семейный психолог, его задача — результат на льду. А когда каждое решение приходится согласовывать с эмоционально нестабильным родителем, работать становится попросту невозможно.
Школа Плющенко — пожалуй, единственное место, где Костылевой до сих пор готовы давать новые шансы. И причины здесь не только эмоциональные. В этой академии она уже показала высокий потенциал, выигрывала соревнования, сформировала узнаваемый имидж. Плюс — участие в коммерческих шоу, где она не просто выступает, но и получает гонорары, недоступные большинству юниоров. Для подростка это и признание, и финансовая мотивация, и ощущение собственной значимости.
Однако та же медаль имеет и обратную сторону. В заявлении «Триумфа» фраза о том, что юная фигуристка «привыкла к тусовкам, шоу, отсутствию режима», звучит тревожно. Если спортсменка действительно ориентируется прежде всего на яркую внешнюю жизнь, фотосессии, активности вне льда и при этом не готова к ежедневной монотонной работе, то никакой даже самый титулованный наставник не сможет сделать из нее стабильную звезду. А без жесткого режима и самоотдачи в фигурном катании не выживают.
Возвращение к Плющенко можно рассматривать как последнюю попытку остаться на серьезном уровне. В других ведущих школах, после цепочки скандалов и публичных разборок, вряд ли захотят связываться с семьей, вокруг которой постоянно возникают конфликты. Репутация в фигурном катании, как и в любом другом виде спорта, имеет огромное значение. И если о спортсмене больше говорят из-за скандалов, чем из‑за программ и оценок судей, это тревожный сигнал.
Ситуация осложняется и тем, что конфликты вокруг Костылевой давно вышли за пределы закрытых тренерских собраний: каждая ссора моментально становится достоянием общественности. Это создает дополнительное давление и на самого спортсмена, и на тренеров. Любое решение — от изменения программы до временного отстранения от стартов — легко превращается в инфоповод с негативным оттенком, а работать в таких условиях очень непросто.
Если академия Плющенко действительно решила «стереть ластиком» прошлое и начать с нуля, то сделать это получится только при одном условии: жестком наведении порядка вокруг Елены. Речь идет не о формулах в социальных сетях, а о реальных действиях — четких правилах для родителей, строгом расписании тренировок, контроле режима и, возможно, привлечении специалистов, которые помогут выстроить здоровые границы между семьей и тренерским штабом.
Без изменения поведения матери любой новый шанс будет превращаться в очередной круг по замкнутой спирали: шоу — скандал — уход — новое возвращение. В спорте, где конкурентки не теряют времени и спокойно тренируются, такая нестабильность убивает перспективы. Талант — важен, но он не всесилен, когда вокруг постоянный хаос.
Печальный итог, о котором уже сейчас говорят многие, вполне предсказуем: если ничего не поменяется, через некоторое время Костылева окажется никому не нужной в большом спорте. Да, у нее останется известность и какая‑то медийность, но без серьезной спортивной базы и без доверительных, рабочих отношений с тренерами это будет лишь яркая, но короткая история. В фигурном катании память коротка: на смену одному таланту приходит другой, более дисциплинированный и управляемый.
С другой стороны, пока Елена молода, у нее еще есть время все переломить. Но для этого решения должны принимать не только тренеры, но и она сама — в первую очередь в отношении собственной жизни, режима и роли матери в карьере. Если спортсменка сумеет хотя бы частично дистанцироваться от разрушительного влияния и взять на себя ответственность за собственное будущее, шанс на иной сценарий еще существует.
Сейчас же возвращение к Плющенко выглядит как последняя крупная ставка. Академия берет на себя риск, прекрасно понимая, с чем имеет дело. Костылева получает уникальную возможность: и сильный штаб, и доступ к шоу, и привычную технику. Но цена ошибки стала слишком высока. Если и этот шанс будет загублен скандалами и вспышками конфликтов, следующего может уже не быть.
Именно поэтому сегодня ключевой вопрос звучит не так: «Сможет ли Плющенко снова вывести Елену на топ-уровень?». Гораздо важнее другое: «Сумеет ли семья Костылевых перестать воевать со всем миром и наконец дать тренерам спокойно работать?». Пока ответ на него скорее отрицательный, и именно это делает прогноз для дальнейшей карьеры Елены столь мрачным.